Фото: СеверПост, Р. Тянников, М. Прожеваров, Н. Чукавова, Гильдия кузнецов России

Между молотом и наковальней

Ножи с петроглифами, топоры и мечи. Всё это делает единственный профессиональный мастер-оружейник на Севере, мурманчанин Максим Прожеваров. О том, как филолог и богослов стал кузнецом по зову крови, читайте в материале СеверПост.

Гармония в лезвии

Максим Прожеваров специализируется на северных ножах. В первую очередь, их отличает форма.

У таких ножей обычно бывает низкая заточка, потому что замороженные продукты проще строгать, чем резать.

Но Максим внёс свои коррективы и кует изделия несколько тоньше и с более высокими спусками. Все-таки у современного человека колбаса на столе бывает чаще, чем замороженное мясо или рыба.

Кроме того, мурманский кузнец использует северные материалы для изготовления рукояти. Это наша мурманская либо карельская берёза, олений или лосиный рог. То есть, то, что можно найти в обычном северном лесу.

Изюминка работ Максима Прожеварова – изображение на лезвиях северных петроглифов: оленей, рыбаков. Того, что можно увидеть на скалах в районе озера Умбозера.

«Нож становится ещё и сувениром. Человек может рассказать про него целую историю. Это уникальная вещь, рисунки я делаю вручную», - рассказал кузнец.

Даже клеймо в форме рыбы – наше северное. Символ Мурманска. Никакой христианской связи тут нет, хотя Максим Прожеваров - еще и недоучившийся богослов.

Интересно, что у самого кузнеца коллекции ножей нет. Ему интересен сам процесс изготовления. Поиск гармонии в окружающем мире, которую северянин пытается вложить в лезвие.

 

Этника для рыбаков и охотников

Заказывают ножи, в основном, рыбаки, охотники и грибники. Порой, их жены потом «отжимают» ножи для кухонных дел. Как никак, инструмент это всё-таки бытовой.

Заказы бывают разные. Но мурманчанин работает в российском правовом поле. Его работы не являются холодным оружием.

«Не все заказы беру. Фантазия у людей богатая, особенно после просмотров фильмов. Бывают просят сделать ножи для ритуалов, связанных с мистическими верованиями людей. Какой-нибудь специальной формы», - уточнил мастер.

На протяжении 20 лет Максим занимался проведением ролевых игр в Хибинах. Организовывал первые турниры по историческому фехтованию в Мурманске. Сам дважды стал чемпионом Севера на двуручных мечах.

Но за это время всё шагнуло вперед. Появилась специализация. Реконструкторам теперь нужны более точные копии.

Появилась группа мастеров по России, которая занимается именно реконструкцией вещей для фестивалей. Хотя и такие заказы мурманскому кузнецу всё равно поступают.

 

Зов крови

Это сейчас у Максима Прожеварова есть своя кузница и имя. А начиналось всё с обычного куска олова. Именно из него пятилетний Максим сделал свой первый нож.

«Я взял кусок олова, водрузил на него крестовину, получился кинжал. Это даже не нож был, а его подобие», - вспоминает кузнец.

В 10 лет Максим уже перетачивал разные железки, которые попадались под руку. Делал это вручную, по сути, на коленке, ведь инструментов никаких не было. Потом, когда появилась возможность зайти в школьный кабинет труда, начал переделывать складные ножи.

Всё это, конечно, не нравилось родителям. Кто тогда мог подумать, что это увлечение станет делом жизни. 

«Уже когда мне было за 40, я разговаривал с двоюродным дедом и внезапно выяснил, что прадед в Майкопе был кузнецом. Видимо, наследственность сработала. Потом двоюродный брат ушёл работать в кузницу. Не могу это объяснить», - рассказал северянин.

Кует Максим и топоры, и мечи. Но ножи его всё же привлекают больше.

«Есть в этом какой-то символизм, нож – это мистическая вещь. Что-то, что отделяет нужное от ненужного. Это первый инструмент, шестой палец на руке, он нужен людям всегда для приготовления пищи, для бытовых целей», - считает кузнец.

 

Мастер на все руки

Много лет любимое дело так и оставалось вялотекущим хобби. В 90-е годы Максим Прожеваров работал на рынке, потом ушёл в офис. Пять лет был руководителем мурманского филиала организации, которая занималась поставками бумаги.

А после офиса уходил в соседнее помещение. Его сдавали в той же типографии, где он работал, и точил вечерами ножи.

«В какой-то момент я написал заявку на грант от областного правительства. Внезапно его выиграл, получилось купить какое-то оборудование, друзья помогли с помещением. Тогда ушёл окончательно в кузницу, и она до сих пор существует», - продолжил Максим Прожеваров.

За эти годы удалось собрать оборудование для полноценной кузницы. Там и пневматический молот стоит, и газовый горн. Причём, горн Максим собирал сам. Десять лет назад даже чертежи стоили невменяемых денег. А горн -  ещё дороже. 

Специального образования кузнеца Максим Прожеваров не получал. В молодости учился на филолога и на богослова. Но обучение не завершил.

«Есть ПТУ, где готовят кузнецов ручной ковки. Особо не интересовался, сам самоучка. Мне этого достаточно, хотя некоторые вещи постоянно для себя открываю», - признался мурманчанин.

По словам кузнеца, в техникумах в основном учат художественной ковке. Оружейники же ближе к инструментальщикам, это другой профиль. Им приходится совмещать много умений.

«Здесь недостаточно красиво заковать, надо ещё и закалить. Потом обработать. В ремесле оружейника заключается около 10 разных направлений.  Нужно и рукоятку собрать, и ножны сшить. А если это дамасская сталь, то ещё и определённым образом сложить, чтобы сварилось монолитом, появился рисунок, тем более, рисунок мозаичный. Для такого надо несколько ПТУ закончить, жизни не хватит», - уверен кузнец.

 

Дело для души

Кузнец признаётся, что работает один. С переводом хобби в сторону бизнеса не сложилось. Это совсем другие задачи. А ему хотелось занятия для души.

К тому же, Максим Прожеваров не рискует своим именем и лично подписывается за качество изделия. Так что ножи распространяются благодаря сарафанному радио.  

Одно время северянин проводил мастер-классы в своей кузнице. Но потом охладел к этой идее. Хотя про организованные курсы ещё думает.  Всё-таки это свой круг общения.

Занимается Максим Прожеваров и более крупными формами. У одного из баров в Мурманске стоит памятник гитаре, сделанный его руками. А в Оленегорске скоро откроется новый парк, для которого кузнец делал светильник в виде ракетного двигателя РД-180.

Для сентябрьского гастрофестиваля в Никеле кузнец также создал несколько арт-объектов из автохлама: цепей грм, шаровых тяг, клапанов, гвоздей, гаек и прочих железок.

 

Магия металла

Древние люди верили, что кузнецы занимаются магией. Максим Прожеваров считает, что в этом представлении есть доля истины.

«Когда ты заливаешь заготовку при температуре в сотни градусов, ты туда ни руками, ни глазами не залезешь. Магия в том, чтобы чувствовать происходящие в материале процессы. Металл - живое существо. Перегрел его в горнице, получаешь не ту структуру, - он ломается. Не догрел – гнется. Вот и вся магия», - поделился своим мнением мурманский кузнец.

К слову, профессия эта штучная. Труд тяжёлый, а последствия для организма серьёзные. По нагрузкам работа кузнеца сравнима с занятиями модным сегодня  кроссфитом.

Высокие температуры, постоянная металлическая пыль, нагрузка на глаза, физические нагрузки. Всё это позволяет кузнецам уходить на пенсию в 45 лет. Однако Максим Прожеваров пока туда не собирается. Так что, возможно, его арт-объекты появятся и в других местах региона.