Фото: РИА Новости / Алексей Даничев

Жизнь строгого режима: Бывшие детдомовцы - о методах воспитания

По Сети разлетелось видео из социального приюта для детей «Берегиня» в Кильдинстрое. На записи педагог держит мальчика за ноги и бьёт рукой, а тот кричит: «Отпусти!». Рассуждать о «неуправляемых» детях можно долго. Но может ли это стать оправданием таких методов воспитания? Что сами бывшие воспитанники говорят о жизни в детдоме и о методах наказания там? Истории собрал СеверПост.

Преступная лояльность

Оговоримся сразу, имена героев изменены. Жизнь в детдоме у всех была разной, не только плохое осталось в памяти. Но никто из них не хочет разборок с соцучреждениями. А всё, что случилось плохого в прошлом, хотели бы просто забыть.

Житель Санкт-Петербурга Виктор воспитывался в одном из мурманских детских домов с 2006 года по 2010 годы. По словам мужчины, физических наказаний в учреждении тогда не применяли. Максимум, что могли сделать - ударить по пятой точке за то, что ночью бегали по помытому полу.

«Меня наказывали обычно так: специально укладывали спать в группе в то время, пока остальные смотрели кино. Убирать помещения заставляли, - рассказал Виктор. - Что мне больше всего запомнилось, как меня не взяли вместе со всеми ребятами в Финляндию. Было очень обидно, ведь в то время детей за границей баловали очень хорошими подарками».

По его словам, иной раз руководство детского дома проявляло особую лояльность. Дети путешествовали, в подростковом возрасте им покупали одежду, которую они выбирали сами. Однако в таком, столь добром отношении, случались и перегибы.

«У нас были ребята, которые сидели на наркотиках. Под влиянием запрещённых веществ они обижали других детей, издевались, но их воспитатели не трогали, закрывали на это глаза, - вспоминает мужчина. - Да и рычагов давления на таких подростков не было: что с ними сделаешь? Вызовешь инспектора по делам несовершеннолетних? Позже один из них попал в колонию, там заболел туберкулёзом и умер».

Наказание одиночеством

Олег из Мурманска воспитывался в детском доме города Лысьва Пермского края. Уверяет, что педагоги детей не били. В основном решали вопросы криками. Самое страшное, по его словам, было, когда после долгой ругани ребят закрывали в группе.

«Часы долго тянулись, будучи ребёнком морально это очень тяжело вынести», - делится он.

Мужчина говорит, что уж очень негативных воспоминаний от детдома у него нет, чего не скажешь о приёмнике-распределителе, куда дети попадают ещё до размещения в специализированное учреждение.

«Ребят делили на две категории: беспризорники и «малолетки», которых осудили. При этом отношение ко всем было одинаковое. С детьми обращались как с заключёнными, не меньше! – считает он. - Не пикнешь, в туалет ходили строем. Вот где настоящая тюрьма для малолетних! Заставляли отжиматься за малейшую провинность, поколачивали».

Нередко истории сирот перекликаются с темой колоний для несовершеннолетних. А начинается всё с первых шалостей в стенах детдомов.

«У нашего директора сейф из кабинета вынесли. Руководство рукоприкладствовать не стало. Всех нас выставили в ряд, стали опрашивать. Так определили виновных. Их потом забрали в исправительное учреждение, что-то вроде колонии для малолетних преступников. Через год они уже вернулись обратно», - рассказала жительница Мурманска Оксана.

По словам женщины, в основном наказания в группе получали одни и те же дети.

«Они и воровали, и сбегали – и получали за это, особенно часто – по лицу. Побивали их, мама не горюй! - говорит она. – Тогда их жаль было прямо до слёз, а сейчас понимаю: была бы я их матерью, вообще бы прибила!»

Спустя годы после выпуска из детдома женщина держит связь со своими однокашниками.

«Общаемся с этими воришками до сих пор. Теперь мужики серьёзные, при деньгах, один из них сейчас на передовой, - делится она. - Да и с воспитателями связь держим. Хоть и было всякое, зла на них не держу».

Ужасы патроната

Пожарный, певец и студент в одном лице Павел тоже рос и воспитывался в Пермском крае. Вспоминает, максимум, что могли сделать в детском доме – лишить поездки на море. Самый настоящий ад, по его словам, начался, когда его взяли на патронатное воспитание.

«Формально я числился на балансе детского дома, но фактически жил в семье, - объясняет он. – Вот там меня били по-чёрному, унижали».

Мужчина признаётся, что лишь спустя годы понял, что был нужен там как бесплатная рабочая сила и источник денег: на каждого ребёнка в те годы выделяли по 20 тысяч рублей.

«Помню момент, когда я отказался приносить самогон одному из гостей своего патронажного «отца». Взбрыкнул, как это бывает у подростков. Спустя долю секунды после моего «нет» в 10 сантиметрах от головы пролетел молоток, - сказал он. - Когда не хотел грядки копать, меня избили резиновым шлангом. Я убегал оттуда в одних трусах! Жить не хотелось после таких издевательств».

Неспящие в мешке

Мурманчанка Ольга росла в одном из детских домов Москвы. СеверПост она призналась: воспоминания об этом месте останутся с ней до гробовой доски.

«Нас вывозили на лето всем детским домом. Тех ребят, кто не спал, воспитатель вытаскивала через окно, а сторож, её муж, складывал их в мешок. И не дай бог пикнешь в тихий час! Один чихнет или кашлянет – страдают все!» - рассказала она.

По словам женщины, нежелание спать в тихий час было одной из самых частых причин для гнева педагогов.

«Нас выкладывали на банкетку и били по пяткам и носкам. Могу вам сказать, что это очень больно! Я до сих пор чувствую. Колотили по-умному, гематом практически не оставалось, - говорит она. - Как-то раз вместо того, чтобы лечь спать, я смотрела в окно. За это на кровати подняли матрас, одеяло, простынь, подушку. Я ложилась голая на металлическую сетку, а сверху на меня клали все постельные принадлежности».

Ольга говорит, что за мелкие шалости детей запирали в чулане.

«Там жили мыши и крысы, а я их безумно любила, - сказала она. - Когда наказание заканчивалось, меня звали: «Выходи, ты больше не наказана!» Я иду радостная с мышью в руках, а воспитатели, видя это, отправляют меня обратно и запирают дверь. Так и просидела до вечера».

Бывало, что такие методы воспитания приводили к тяжёлым последствиям.

«Пять человек сделали шалаш в лесу и ушли туда ночью, - вспоминает Ольга. – Наказали тогда всю группу из 27 человек. Сажали в ванны с кипятком. Дети уехали оттуда прямиком в ожоговое отделение».

На вопрос редакции о том, почему уже повзрослевшие жертвы детдома не обратились к правоохранителям, женщина поясняет: были детьми, доказывать подобное спустя много лет бесполезно – никто не поверит.

Удивительно, но даже несмотря на все безрадостные обстоятельства своего детства, почти все собеседники информагентства признались, что благодарны системе. Людей из нас сделали, буквально в один голос говорят они.